#Общество

Как военная шапка превратилась в самое дорогое украшение для женщин

«Лента.ру» продолжает серию публикаций об истории разных видов одежды и аксессуаров. В предыдущих материалах цикла речь шла о шпильках, мини-юбке, колготках, перчатках и браслетах.




Источник: AP 2019

В центре новой истории — тиара, самое торжественное из женских украшений, прошедшее путь от военной шапки до драгоценности принцесс.

От персидского царя до Папы Римского

При слове «тиара» в воображении молодой романтично настроенной девушки рисуется принцесса — например, принцесса Диана — на каком-нибудь приеме в Букингемском дворце. Человек, увлекающийся историей, вообразит Папу Римского в его белой остроконечной церемониальной тиаре. А профессиональный историк, вероятно, вспомнит «Анабасис» Ксенофонта. В этой книге древний автор описывает персидские военные и ритуальные шапки из войлока, которые называет τιάρα — «тиара» — и сравнивает с кожаными шлемами с гребнем.

У персидских царей (это, кстати, можно увидеть на древних барельефах) была особая тиара прямой формы. В текстах греческих хронистов рассказывается, то «прямую тиару» украшали золотыми деталями и драгоценными камнями. Шапку этой формы не имел права носить никто, кроме верховного правителя.

При этом у греков имелся и собственный вариант церемониального венца. Он делался из золота или серебра (иногда — сплава этих двух металлов, который назывался «электр») и украшался драгоценными камнями. Украшение носили и мужчины, и женщины. Оно называлось греческим словом Διάδημα — «диадема» (от созвучного глагола со значением «обвязать» или «закрепить») — головное украшение в виде замкнутого в кольцо венца. Венец особой формы был частью жреческого облачения, а также фрагментом погребального наряда. Венец из золотых лавровых листьев вручался триумфатору после крупных военных побед.

От греков диадемы переняли и римляне: все состоятельные матроны империи обязательно заказывали ювелиру украшения модной формы, например, в виде венков из цветов или колосьев.

По форме женская диадема, или античная тиара (разомкнутая диадема), напоминала кокошник: спереди она была сравнительно высокой и широкой, а по бокам постепенно сужалась.

Когда Римская империя распалась за Западную и Восточную, а затем Западную завоевали варвары, оплотом античной культуры и, в частности, ювелирного искусства стала Византия. Обычаи императорского двора и придворных были настолько пышными и расточительными, что словосочетание «византийская роскошь» стало расхожим. Император и императрица носили не просто диадемы, а высокие, тяжелые, унизанные драгоценными камнями короны. По их примеру подобные драгоценности, хотя, конечно, куда более простой и грубой работы, стали носить и монархи средневековой Европы во главе с императорами Священной Римской империи.

Тиару же по образу и подобию высокой персидской шапки носили высокопоставленные христианские священники — в частности, Папа Римский.

По этому головному убору первосвященника католической церкви было легко узнать в тех особо торжественных случаях, когда он появлялся в ней на публике. Тиара напоминала увенчанное изображением креста огромное яйцо, опоясанное тремя коронами: по одной в честь Бога-Отца, Бога-Сына и Бога-Духа Святого. Как и остальное облачение понтифика, она была чрезвычайно дорогой.

Особо благочестивые и состоятельные верующие время от времени дарили понтификам новые тиары. В сокровищнице Ватикана накопилось немало разных тиар, и очередной Папа перед своим возведением на престол выбирал себе головной убор по вкусу. Так происходило столетиями — до 1960-х годов, когда Папа Павел VI решил, что тяжелый и громоздкий ритуальный предмет устарел. Павел VI продал реликвию, а вырученные деньги передал на благотворительность.

Дамский случай

В Европе Нового времени короны, наследницы византийских головных уборов, носили сугубо ритуальный, а не декоративный характер. Они обозначали статус своего владельца на придворных церемониях.

Небольшие короны были у всех крупных феодалов. Для украшения дамских причесок использовали другие аксессуары: заколки, гребни, налобные ленты-бандо, булавки с головками, украшенными жемчугом и драгоценными камнями, золотые сетки для прически, а также шелковые ленты и жемчужные нити, которыми перевивали косы.

Мода на тиары и диадемы в их современном понимании вернулась вместе со стилем ампир — «имперским», который появился во время правления французского императора Наполеона Бонапарта, большого поклонника всего древнеримского. В конце XVIII — начале XIX столетия все аристократки причесывались «по-гречески» и увенчивали свои прически тиарами из золота и драгоценных камней, главным образом бриллиантов, которые к тому времени в Европе научились отлично гранить.

Форму тиар и диадем придворный ювелир Наполеона Шоме и его коллеги в Париже, Лондоне и других европейских столицах «подсматривали» на античных статуях и мозаиках Помпей.

Поэтому драгоценные украшения для прически герцогинь и графинь ампирной эпохи от Парижа до Петербурга походили на тиары и диадемы древнеримских матрон. Повторялись и мотивы: лавровые ветви, колосья, цветы, а также древнегреческий орнамент меандр.

Однако со временем и ювелирам, и их клиентам захотелось разнообразия. В 1820 году будущий британский король Георг IV заказал себе к коронации диадему из золота и серебра, напоминающую скорее венец средневекового сюзерена, нежели римскую тиару. Корону, которая получила неофициальное название «Диадема Георга IV», сделали по заказу принца-регента ювелиры мастерской Rundell & Bridge.

Общий вес 1333 бриллиантов диадемы — 320 каратов, самый впечатляющий из них — желтый четырехкаратник в центральном кресте. Низ диадемы обрамлен двумя линиями, выложенными из жемчужин. Геральдическую лилию, знаменующую королевскую власть, заменили растения-символы Англии (роза), Шотландии (чертополох) и Ирландии (трилистник). Этой диадемой со времен Георга IV коронуются все британские монархи, включая Елизавету II. Рассмотреть выдающееся ювелирное изделие можно даже на почтовых марках.

Если «Диадема Георга IV», так сказать, унисекс, то самой, пожалуй, знаменитой из дамских исторических диадем британской короны можно считать Girls of Great Britain and Ireland.

Ее поднес в свое время британской королеве Марии Текской (или королеве Мэй) комитет британских аристократок и дворянок. Девушки и дамы собрали деньги по подписке и заказали диадему из золота и серебра с бриллиантами поставщику королевского двора дому Garrard.

Украшенная геральдическими лилиями драгоценность стала свадебным подарком и счастливым брачным талисманом: будущая королева Елизавета II получила ее в подарок от королевы-матери, супруги короля Георга VI, в день своей свадьбы и надела на венчание. Позже, уже унаследовав трон, королева не раз выбирала диадему для своих выходов на торжественных приемах. Драгоценность получила неофициальное название «Бабушкина тиара», поскольку королева Мэй приходится бабушкой нынешней британской монархине.

Еще в середине XIX века в Европе (и в аристократических кругах Российской империи) сложился официальный вечерний дресс-код. Согласно правилам этикета, диадема или тиара, а позже бандо (налобная повязка с ювелирными элементами или ободок, иногда с султаном из перьев) стали обязательной деталью вечернего и придворного дамского костюма в составе так называемой парюры. Парюра — полный набор украшений, включающий серьги, колье, браслет (или браслеты) и кольца, выдержанные в одном стиле и инкрустированные драгоценными камнями (обычно бриллиантами) и жемчугом. Иногда в парюру включалась брошь или аграф (украшение для корсажа).

Тиары а-ля рюсс

В XIX веке российские императрицы и их приближенные могли похвастаться удивительными ювелирными коллекциями, и в том числе диадемами работы Болина, братьев Дюваль и Фаберже. К сожалению, большая часть тиар и диадем, принадлежавших Марии Федоровне и Александре Федоровне, супругам Александра III и Николая II, были утрачены во время революции. Часть их вывезли из России и продали по частям. Ювелиры создавали тиары-трансформеры, которые можно было превращать в колье или броши, что впоследствии способствовало такой продаже. Другие украшения национализировали большевики и тоже продали на Запад, порой в виде лома и камней.

Единственная сохранившаяся в России царская диадема — «кокошник» с редким розовым бриллиантом в 13,35 карата — принадлежала жене императора Павла I Марии Федоровне.

Украшение можно увидеть в Алмазном фонде Московского Кремля. К сожалению, в витрине диадема неподвижна, и невозможно оценить блеск и игру света, которую при каждом движении головы хозяйки диадемы создавали подвижные подвески из каплевидных бриллиантов огранки бриолет.

Еще одну тиару, названную по имени заказчика, великого князя Владимира Александровича, Владимирской, сейчас можно увидеть во время телетрансляций из Букингемского дворца. Тиару работы фирмы Болина выкупила в 1921 году все та же королева Мэй Текская. Благодаря этому драгоценность сохранилась в первозданном виде и сейчас принадлежит Елизавете II, которая время от времени одалживает ее своим молодым родственницам. Есть, например, фотографии принцессы Дианы в этой диадеме, состоящей из пятнадцати перекрывающих друг друга овалов, павированных бриллиантами, с жемчужной подвеской в центре каждого. По заказу королевы Мэй дом Garrard усовершенствовал тиару: сейчас при желании жемчужины можно заменить на подвески из каплевидных изумрудов (они называются «Кембриджские камни»).

Во владении императриц и великих княгинь были и другие впечатляющие диадемы и тиары. Например, бриллиантовая тиара с колосьями и бесцветным крупным лейкосапфиром работы мастерской братьев Дюваль, сапфировая тиара Романовых (принадлежавшая супруге все того же великого князя Владимира Александровича Марии Павловне). Великолепные головные украшения имелись не только у представительниц императорского дома, но и у богатейших аристократок империи, например, у княгини Зинаиды Юсуповой. Большая часть их продана, либо безвозвратно утрачена, либо хранится в закрытых частных собраниях.

Впрочем, и британцы порой не могут сохранить свое достояние. Так, в конце 2018 года из поместья Уэльбек в Ноттингемшире похитили ценнейшую «Портлендскую тиару» с крупным бриллиантом огранки кушон (так называемым «Портлендским бриллиантом»). В 1902 году шестой герцог Портлендский заказал драгоценность знаменитому ювелиру Луи-Франсуа Картье. Герцогиня Уинифред, жена герцога, в этой тиаре присутствовала на коронации короля Эдуарда VII.

Современная роскошь

В XX и даже XXI веке тиары и диадемы не только не забыты, но и получили новую жизнь.

Кроме традиционных драгоценностей из золота и платины с драгоценными камнями, в которых появляются на официальных мероприятиях венценосные особы и богатейшие женщины мира, появились и тиары-бижутерия с кристаллами Swarovski или кубическим цирконием. Такими вещицами может украсить себя даже небогатая выпускница или невеста.

Модные дизайнеры превратили помпезную диадему и тиару в экстравагантный аксессуар, зачастую выглядящий весьма неожиданно и провокационно. Диадемы, словно в насмешку над королевским протоколом, могут украшать моделей, демонстрирующих нижнее белье на шоу Victoria’s Secret. Тиары, в которых модели ходят по подиуму, а звезды приходят на дизайнерские балы вроде MET Gala в Нью-Йорке, могут быть сделаны не из золота и бриллиантов, а из латуни, пластика, стекла и тому подобных не слишком ценных материалов. Главное в них — идея и производимое на зрителей впечатление.

Одними из самых впечатляющих украшений подобного рода были работы британского ювелира Шона Лина, созданные им специально для дефиле модельера Александра Маккуина. Например, к показу осенне-зимней коллекции 1996−1997 Маккуина под названием Dante Лин сделал серебряное бандо в виде тернового венца, ужасающе похожего на настоящий. А для осенне-зимней коллекции 1998−1999 Joan of Arc — авангардную диадему Joan в виде оплетающих голову женщины серебряных стеблей роз с бутонами. Украшения в 2015 году были проданы на аукционе Sotheby’s.

Однако, несмотря на авангард, аристократки и невесты королей и принцев по-прежнему выходят замуж в заоблачно дорогих фамильных драгоценностях. Так, герцогиня Вермландская София, жена шведского принца Карла Филиппа, пошла под венец в подаренной ей королем и королевой Швеции тиаре, переделанной из изумрудного колье. Колье королева Сильвия получила в качестве дипломатического подарка от короля Таиланда.

Но драгоценности европейских принцесс ничто в сравнении с сокровищами восточных монархинь.

До падения монархии в Иране шахиня (шахбану) Фарах Пехлеви, жена шаха Мохаммеда Резы Пехлеви, поражала воображение подданных и иностранцев своими тиарами и диадемами. Ей принадлежала тиара с уникальным 60-каратным розовым бриллиантом Noor-ol-Ain и церемониальная корона-диадема с гигантскими изумрудами. Диадему создали по заказу шаха мастера дома Van Cleef & Arpels во главе с Пьером Арпельсом, одним из трех братьев-владельцев дома. Арпельс специально приезжал в Иран, чтобы выбрать камни в фондах Национального музея и Центрального банка Ирана.

Но самое большое внимание (со времен, вероятно, свадьбы принцессы Дианы, которая венчалась в фамильном украшении своей семьи — тиаре Спенсеров), привлекли внимание диадемы невест британских принцев Уильяма и Гарри. Герцогиня Кембриджская Кейт выходила замуж в тиаре Cambridge Lover’s Knot, предоставленной ей бабушкой мужа, королевой Елизаветой II. Диана, кстати, тоже носила эту тиару, но после развода с принцем Чарльзом вернула ее в казну. Герцогиня Сассекская Меган дополнила свое подвенечное платье бриллиантовой тиарой в стиле ар-деко, тоже в свое время принадлежавшей бабушке королевы Елизаветы II — королеве Мэй Текской, большой ценительнице драгоценностей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *